Основатель и художественный руководитель московского театра Et Cetera, актёр и режиссёр театра и кино Александр Калягин дал интервью в эфире шоу "Откройте, Давид". Во время беседы 81-летний артист высказался о кризисе театра, скандальных спектаклях Константина Богомолова, современной публике, критиках, блогерах и дешёвой популярности. Spltnk посмотрел интервью и выбрал самые интересные цитаты.

О кризисе театра

Я был актёром, в Художественном театре и в Театре Ермоловой. Играл очень много и в театре, и в кино. Со мной работали великие режиссёры, один Анатолий Эфрос чего стоит. Я ни о чём не думал, я думал только о своей работе: как сделать получше роль. С тех пор как я стал председателем Союза театральных деятелей, я всё время слышу одно: "Театр в кризисе". Когда я был актёром, я этого не ощущал. Я играл, что-то мне нравилось, что-то не нравилось. Какие-то режиссёры мне очень нравились, какие-то менее. Нормальное дело. Но и тогда всё время говорили, что театр в кризисе. Теперь я думаю, это кризис или не кризис, когда очень много молодых: какой у них базис?

Я не хочу брюзжать. Но иногда я вижу, что всё очень хорошо нахватано, хорошо сделано, ловко, но души нет. Кризис возникает, когда нет хорошей драматургии: все театры возникают на хорошей драматургии, во все времена. Во-вторых, режиссура неинтересная: когда вы смотрите спектакль и предугадываете следующий ход, а режиссёр ведь должен удивлять. Чёрт его знает чем. <...> Режиссёров у нас сейчас много, но небогато. Знаете, как бывает, на столе много пищи, но вся не витаминная. Но это происходит всё время, так что мы живём в театральном кризисе постоянно. Но это не тот кризис, когда надо кричать SOS. А нормальный перманентный кризис: "Ищем, думаем, ошибаемся".

О современной публике

Конечно, сейчас публика другая. Когда возникали такие театры, как Театр на Таганке, игра актёров театра для многих была глотком воздуха свободы. <...> Сейчас все залы полные, все режиссёры востребованные. С одной стороны, полные залы нас, худруков, радуют, но, с другой стороны, всё время чего-то не хватает. У нас не развита западная драматургия. Мы сильны своей классикой. У нас есть такие писатели, после которых можно больше ничего нового не ставить. Надо просто работать, и если всё будет гениально, зритель будет ходить. И не будет разбираться в тонкостях, это западное или не западное. Не будет говорить, что надо бы Олби поставить (Эдвард Олби — американский драматург. — Прим. ред.), Стейнбека (Джон Стейнбек — американский прозаик. — Прим. ред.). Нет, Чехов есть, Достоевский есть, Гоголь есть, Островский есть. Чего ещё?

О Константине Богомолове и скандальных спектаклях

Я смотрел его спектакль в своём родном театре. Слева от меня сидела жена, справа Роберт Стуруа (главный режиссёр театра Et Cetera. — Прим. ред.), который натянул кепку, опустил голову и смотрел вниз. Всё было понятно с первых сцен. Я смотрел и с первых сцен только диву давался: чем это закончится? Я не критик и не собираюсь критиковать. Я актёр, и всё это происходило на сцене моего родного театра, на которой я проработал 30 лет. Единственное, что я могу сказать: может, это эксперимент? Но, честно говоря, денег жалко.

Нет же такого актёра и режиссёра, который хочет сделать спектакль как можно хуже и непонятнее. Клянусь, мне самому хочется такой спектакль поставить, чтобы довести эту ситуацию до предела и сказать, что наконец зритель уходит с моего спектакля в недоумении и не понимает, что я сделал. Ну, он занялся хорошей провокацией — хорошей в кавычках. Я его не оправдываю, но и не могу ругать его, потому что он смог это как-то сделать и уговорить на это группу актёров.

К слову, недавно раскритиковал Константина Богомолова за его постановки в "Ленкоме" и актёр Александр Лазарев, заявивший, что скандальный режиссёр "издевался над актёрами" и пытался "обидеть зрителей".

О дешёвой популярности

Я с самого начала сказал себе, давным-давно, когда ещё только начинал свою жизнь в театре, что никого не должна интересовать моя личная жизнь. Я интересен только тем, что я делаю на сцене. Или неинтересен. Я решил, что я не то что мусор, я ничего не буду выносить на всеобщее обозрение. Поэтому все вопросы о том, как мне трудно было, как там моя жена — это не ко мне, это моя личная жизнь. У меня супруга тоже умная, и мы решили, что никого не должна интересовать наша личная жизнь. Вот и всё. И мне сразу стало легко жить. А тем актёрам, которые через это пытаются войти в искусство, бог им судья.

Александр Калягин несколько лет назад развёлся со второй женой, актрисой Евгенией Глушенко, с которой они сыграли супругов в фильме Никиты Михалкова "Неоконченная пьеса для механического пианино". По слухам, причиной расставания стали многочисленные измены актёра. У бывших супругов есть сын, журналист Денис Калягин. От первой жены, актрисы Татьяны Коруновой, у Калягина есть дочь Ксения.

О блогерах

Блогеры попортили нам жизнь. Если мы сейчас говорим о воспитании актёров. Многие блогеры считают себя театральными критиками. Критика, с моей точки зрения, очень учит тебя. В моё время, когда были критики Александр Свободин, Инна Вишневская, Инна Соловьёва, они учили тебя играть, описывая спектакль, в котором ты занят. Могли объяснить, почему какой-то момент надо углубить. Когда пишут такие вещи, начинаешь думать: критики тебя таким образом воспитывают. Сейчас появились блогеры, которые пишут. Им что писать о сумочках, что писать о парфюмерии, что писать о поездках, что писать о театре — им всё равно. Они хорошо зарабатывают, ну и бог с ними. Но для молодого поколения актёров это явление — большой минус. Я читаю иногда такие статьи и очень удручён: все описывают содержание пьесы. Такое ощущение, что эти критики вообще идут на спектакль, не читая пьесы. Идут посмотреть или вспомнить, о чём там вообще. Театральный критик — это профессия. Это ходить, писать, смотреть. Как Эфрос ругался со Свободиным! Потом ярость спадала, и в спектакле что-то вырисовывалось.

Александр Калягин окончил Театральное училище имени Щукина в 1965 году и был принят в труппу Театра на Таганке. Однако вскоре перешёл в Театр имени М. Н. Ермоловой, позднее был актёром МХАТа и МХАТа имени Чехова. В 1992 году создал собственный театр — Et Cetera. Среди самых известных киноработ Калягина — роли в фильмах "Здравствуйте, я ваша тётя!", "Свой среди чужих, чужой среди своих", "Раба любви", "Неоконченная пьеса для механического пианино", "Подранки", "Мёртвые души".