Хорошая традиция - начинать Каннский кинофестиваль с дождя. Так и сегодня. Сначала дождь моросил, потом переставал, но теперь, прямо к моменту знаменитой "ярмарки тщеславия" - "красной дорожке" - он стал лить, как из ведра. Но звездам это не страшно: над ними стеклянный потолок, под который они прыгают прямо из своих лимузинов.

Тем временем на дорожку высаживается десант жюри и сразу привлекает к себе всеобщее внимание. При этом следует отметить, что для местной публики значимость каннского лауреата Кристиана Мунджиу никак не меньше спилберговской. Вообще, отношение к Спилбергу здесь настороженное. Шепотом все говорят, что он, наверное, ничего не понимает в авторском кино и не может его судить. Но заметно, что эти же люди так любят Спилберга, что все равно верят в него и приветствуют его на фестивале.

Все фотографы и операторы, как положено, переоделись в черные костюмы. Но подзывают к себе знаменитостей по-прежнему фамильярно и даже грубовато временами. Но звезды не обижаются. Напротив, каждая звезда мечтает, чтобы ее фотографии завтра были во всех СМИ, причем желательно, чтобы фото были удачными.

На лестнице со всеми гостями здороваются Жиль Жакоб и Тьерри Фремо.

Кристоф Вальц не пошел к фотографам сразу из лимузина. Он отправился к фанатам на другой стороне дороге и долго давал автографы на бумаге, мокрой от дождя или от слез радости синефилов. Последние несколько лет он наслаждается неожиданной всемирной славой.

Даниэль Отой сильно постарел за последние годы. Но своего фирменного обаяния не утратил, и его сломанный давным-давно нос по-прежнему не только не портит его лицо, но украшает его и делает более харизматичным.

Что там творится, вокруг этой черной фигуры, словами не передать. Давка, истерика, охранников расталкивают. Весь сырой от дождя, ДиКаприо ступает на дорожку к фотографам. Сзади слышны вопли фанатов.

Амитабх Баччан не считает, что всем нужно быть в смокинге. Его костюм весь покрыт блестками. Становится понятно, почему Лурманн пригласил его играть в фильме.

ДиКаприо мрачноват. Может быть, просто устал. Он уже два дня дает бесконечные интервью, отвечая на одинаковые вопросы о том, как он работал над образом Гэтсби и помнит ли он роль Ромео, которую он сыграл у Лурманна много лет назад.

ДиКаприо делает кому-то знак, щелкая пальцем. Ясно: актеру надоело мокнуть. Ему дают зонт, и он хотя бы на лестнице охраняет себя от ливня. Хотя он уже все равно совсем вымок.

ДиКаприо держит себя любезно только с членами съемочной группы. Им он улыбается. Сел он между Лурманном и Маллиган. К ним подбежал Фремо и стал что-то объяснять, на лице у ДиКаприо написано, что он не очень понимает, кто этот человек. Теперь ясно: Фремо понял, что у группы нет стерео-очков. ДиКаприо с красными очками, которые мы надеваем в кино, выглядит очень непривычно. Ему и самому, кажется, это странно. Потом эти очки, наверное, продадут на аукционе. Многие бы купили их, это точно.

Одри Тоту выходит на сцену. Начинается церемония. Платье на Тоту совершенно невероятное. Похоже на что-то среднее между белым зефиром и треснувшей льдиной. В прошлом году фильм с Тоту в главной роли закрывал фестиваль, теперь она ведет церемонию.

На экране идут кадры из фильмов Спилберга. В основном, из "Инопланетянина" и "Близких контактов". Но есть и "Спасая рядового Райана", и "Список Шиндлера", и "Парк Юрского периода", и "Линкольн", и "Поймай меня, если сможешь". И даже "Индиана Джонс" с "Тинтином". Да, и "Челюсти", и "Шугарлендский экспресс", и "Амистад".

Под бурные аплодисменты на сцену выходит Стивен Спилберг. Длительная овация, которую Спилберг не может прекратить очень долго. Он благодарит, но никто его не слышит. Овация стоячая, крики, возгласы. Bon Jour, говорит Спилберг. Он говорит, что ему 66 лет, и фестиваль тоже 66-ой. Так что они будут стариться вместе.

Члены жюри заняли свои места на сцене, и им показывают нарезку из фестивального конкурса. Первый показ конкурсного фильма для прессы уже начался, и те наши коллеги, которые не стали смотреть церемонию открытия, уже смотрят кино. Зато они не видели платье Одри Тоту и мокрого ДиКаприо, застегивающего запонки.

Нарезку в Каннах всегда делают эффектную, после нее хочется смотреть хоть весь конкурс сразу и подряд. Море с пальмами опускается за спиной Одри Тоту вновь, закрывая экран. Она объявляет блюзовый музыкальный номер под живую музыку. На сцене рояль и хор, который подпевает черной солистке. Спилберг слушает, улыбаясь и одобрительно кивая головой в такт музыке. Даже в ладоши прихлопывает. Следит за мелодией очень внимательно. На время музыкального номера декорации опять сменились. Вместо моря с пальмами - гигантская синяя пальмовая ветвь, символ фестиваля.

Одри Тоту говорит, что в этом году отмечают столетие индийского кино. И приглашает на сцену "короля Болливуда" Амитабха Баччана и "короля Голливуда" Леонардо ДиКаприо. Вместе они объявляют 66-ой Каннский кинофестиваль открытым. 

Источники 1,2,3