Специально для OK! дивы отечественного кино встретились с Сергеем Майоровым, автором цикла документальных фильмов "Бабье лето", и поговорили о самом главном. Людмила Чурсина

- Вы, несомненно, первая красавица советского кинематографа. А вы всегда были довольны своей внешностью? - Нет. В юности я была длинная, нескладная, закомплексованная. Размер ноги у всех был 35-36, а у меня 40! А сейчас вообще 41. И я сутулилась, потому что хотела быть ниже. Помню, я метала надеть на выпускной бал платье с декольте. Мы с трудом нашди отрез муара молочного цвета. И я сказала: "Мамочка, а можно вырез будет вот таким!" На что она ответила: "Милочка, это неприлино" и сделала декольте повыше. И даже в школьных спектаклях я играла Лягушку и Бабу-ягу. Я и сейчас иногда стесняюсь себя и не перестаю удивляться, почему стала актрисой. В школе мне ведь нравились отнюдь не гуманитарные предметы, а математика, химия, физика... И я мечтала стать капитаном корабля - стоять на мостике, смотреть в бинокль и кричать: право руля, лево руля! - А бывало, что вы, подобно капитану, разворачивали свою жизнь, свое судно, на 180 градусов? - Я каждые семь лет все меняла. Всё! Всегда хотелось чего-то нового: нового дома, нового города... Знаете, сколько я квартир за свою жизнь отремонтировала?! Правда, последние тринадцать лет никуда не переезжаю - остепенилась. - То, что вы сами уходили от своих мужей, тоже было стремлением к чему-то новому? - Да. Наверное, не дано мне что-то... Вы знаете, иногда люди живут под одной крышей, но отношения свои они уже исчерпали. Ушло всё: и нежность, и любовь, и даже уважение. Я могу какое-то время потерпеть, но в итоге не выдерживаю и ухожу. В этом я умею быть жесткой. - А сейчас вы живете одна? - Да. Но я все время в пути, в движении... Знаете как говорят: "Вот придет матушка-смерть, постучится: будьте любезны, Людмила Алексеевна. А соседка ответит: нет ее, через неделю будет. Смерть через неделю придет, а Людмилы Алексеевны снова нет. Надоест ей ходить и подумает она: а зайду-ка я к Марье Ивановне, она вон на диване целыми днями лежит, ждет меня". Я стараюсь не ныть. И всегда благодарю Господа: спасибо за всё, что есть, и трижды спасибо за то, чего нет. Ольга Аросева

- Можно с вами немного о любви поговорить? - О любви? В моем возрасте, считаю, как-то неудобно об этом говорить. Что такое настоящая любовь? У меня было четыре мужа, и любовь к каждому из них была настоящей. По крайней мере, мне казалось, что я любила. А кто скажет, было ли так на самом деле? Что служит мерилом? История Ромео и Джульетты? Так им было по 14 лет. В 35 так уже не бывает. - А почему вы расставались с мужьями? - Одной причины нет. Но я всегда старалась сохранить дружеские отношения с человеком. Врагами ни с кем не расставалась. К сожалению, свидетелей уже не осталось. Тех, кто смог бы это подтвердить. - У вас были особые отношения с вашим коллегой Борисом Рунге, знаменитым паном Профессором из "Кабачка "13 стульев". Многие верили, что у вас был роман... - В профессиональном смысле мы были одной семьей. Много вместе ездили, концертировали. Мы были знакомы с юных лет - учились в одной театральной школе. Проработали 30 лет в одном театре, сыграли вместе много ролей. И часто мой день начинался с того, что он звонил: "Ну что, как ты спала, что ты будешь делать сегодня?" И когда меня спрашивали, не муж ли он мне, я отвечала: он больше чем муж, он мой партнер. - Благодаря "Кабачку" у вас был неслыханный по тем временам гонорар... - 18 рублей за каждый выпуск. Мы ко всему прочему были очень популярны и, конечно, всех раздражали: и коллег, и руководство театра. Еще один минус: путь в кино был для нас закрыт. - А мама ведь у вас польских кровей? - Да, и пани Моника похожа на нее в своем стремлении во всё вникнуть, быть истиной в последней инстанции... Ну, это ведь во многих женщинах есть. В каждом городе, куда бы мы ни приезжали, нам говорили: ой, а у нас есть своя пани Моника! И это обязательно оказывалась какая-нибудь полноватая буфетчица или продавщица... Тамара Семина

- Вы на долгие годы исчезали с экрана. С чем это было связано? - Я до сих пор прихожу в себя после серьезного испытания. Двадцать лет я занималась только мужем, выхаживала его после жуткой болезни и все это время не могла уехать далеко от дома, отказывалась от театра, кино... - И тем не менее вы были очень популярны, настоящий секс-символ советского экрана. Муж ревновал? - Конечно ревновал. Однажды признался, что придумал план уничтожения одного моего самого отчаянного поклонника. Убийство готовил, представляете! Убийство. Все по часам высчитал... Я ему говорю: "Ты что, совсем обалдел? Он-то в чем провинился? Володь, не валяй дурака, оставь человека в покое". Бывают такие люди - однолюбы. Вот мы с Володькой были однолюбами. А чего мне только не предлагали: виллы, дворцы всякие... Министры звонили. Я не отвечала взаимностью, и мне прямым текстом говорили: испортим тебе жизнь, ноги твоей не будет ни в театре, ни в кино. Я в ответ только улыбалась, и они еще больше злились. - Скажите, время лечит? - Нет, вранье все это. Мы вместе 48 лет прожили, понимаете... Сорок восемь! На похоронах я смотрела на мужа, лежащего в гробу, на его спокойное лицо и шептала: "Володя, ну что ты разлегся! У нас же с тобой золотая свадьба через два года. А ты тут лежишь, весь в розах, что это такое?" Жалко... Месяца два я спала при включенном свете и работающем приемнике. Хорошо, кошка Баська была рядом. Басюка. Красавица моя ненаглядная. А потом через год и Баськи не стало. Уже пять лет прошло, а я до сих пор, когда ухожу из дома, говорю: "Ребят, я скоро". Возвращаюсь: "Ребят, я пришла". Но... ни-ко-го. Ольга Волкова

- Кажется, что с возрастом вы не меняетесь: годы идут, а вы остаетесь такой же энергичной... - У меня всегда ощущение, что я с утра выпила 150 граммов коньяку. Готова действовать. Мой муж, замечательный художник Владимир Ховралев, значительно спокойнее, он живет другими эмоциями. Как он меня, бедный, выносит, не знаю. Когда я его бужу ранним утром и шепчу: "Вовочка, в булочную сходи, пожалуйста" - он разлепляет один глаз и произносит: "Господи, с утра и с таким напором!" А когда я шепотом говорю, на придыхании, это значит, что из меня уже что-то рвется наружу... Я с детства коллекционировала такие физиологические ощущения счастья. То, что можно почувствовать кожей. То, что дает скорость, музыка и, главное, дети. - Актерская профессия и материнство совместимы? - Актрисам надо рожать, это умножает энергию. Извините за грубую метафору, но вот мужчинам дано ведро спермы. Хочешь - выплескивай сразу, хочешь - по чайной ложке до старости. А актерам дан галлон эмоций. Можно израсходовать все сразу, сыграв 25 главных ролей подряд. И тогда наступит эмоциональное опустошение. Так вот рождение ребенка обновляет человека. Дает силы, освежает восприятие, мы заново начинаем познавать мир. - А это правда, что Рязанов помого вам обзавестись жильем в Москве? - Правда. Если бы не Рязанов, не стала бы я москвичкой. Нет у меня никакого достатка, не могу позволить себе купить квартиру в Москве. А раньше, кроме того, это запрещали. Был такой закон: если ты не москвич, не имеешь права обзавестись своим жильем. И я попросила Эльдара Александровича обратиться к Лужкову. У нас как раз тогда была премьера. Я хотела, чтобы он только представил меня ему, а я бы сама попросила разрешения купить квартиру. И вдруг Рязанов прямо со сцены обращается к Лужкову: "Юрий Михайлович, давайте утрем нос Питеру, сделаем Волкову москвичкой". Тот говорит: "Сделаем, сделаем". А Рязанов: "Нет, не "сделаем, сделаем", а вы мне как мужик мужику скажите: вы поможете Волковой?" - "Помогу!" Вот так, благодаря Лужкову и, главное, Эльдару Александровичу, мне разрешили купить недорогую госквартиру, где я до сих пор благополучно проживаю. В деревне Гольяново, на самой окраине Москвы. Источник: ОК! Фото: Аслан Ахмадов Если вам понравилось, готова сделать вторую часть:)