Маша, вы входили в мир моды в период, когда в нашей стране появились первые рейвы, новый глянец, зародилось клубное движение… Все это наверняка отразилось и на вашей работе. Свою первую коллекцию я сделала в 17 лет и сразу стала хедлайнером молодежной моды. Это сейчас кажется, что клубы, глянец и MTV Маша Цигаль были всегда, но это не совсем так. Мое взросление и становление пришлось на переломный момент девяностых, со всеми вытекающими последствиями. Я рада, что застала это необычное время. Сейчас тема девяностых, и в частности нью-рейв, на пике популярности. Именно им посвящена моя коллекция осень-зима 2010/11. Скучаете по тем временам? Если вы о ностальгии, то ничего подобного я не испытываю. Мне незнакомо это чувство. Моя новая коллекция называется «90-210». Это не только посыл к популярному сериалу того времени, который я, кстати, не смотрела, так как всегда была далека от ТВ-культуры, но и связь между девяностыми и двухтысячными. Давайте об осенней коллекции поподробнее… Девяностые запомнились двумя главными направлениями: минимализмом и рейв-культурой. Я соединила эти линии в своей коллекции: монохромные минималистичные платья и майки, расчерченные лазерными огнями подолы, немного космическо-футуристической тематики. Главная героиня – it-girl девяностых Бьорк. В целом коллекция получилась лаконичной, с небольшими всплесками флюра и серебра с золотом.

Когда-то одним из ваших любимых дизайнеров была Вивьен Вествуд – модельер-провокатор. Сейчас у вас к ней то же отношение? Меня всегда вдохновлял британский дизайн. Именно поэтому в двухтысячном году я уехала учиться в London College of Fashion. Мне до сих пор близок по духу этот город с его уличной культурой, блошиными рынками и спортивной энергетикой. Что касается Вивьен Вествуд, то она, безусловно, вызывает у меня огромное уважение. Она была первой по-настоящему эпатажной женщиной, добившейся невероятного успеха в дизайне. Но все хорошо вовремя. То, что она делает сейчас, мне уже не кажется таким отчаянным и дерзким. Сейчас мне больше нравятся коллекции Rick Owens, Luella, Anna Sui, Limi Feu, All Saints Spitalfields.

С Лондоном понятно, а как Москва? Вы коренная москвичка, здесь родились и выросли. У вас нет ощущения, что у вас этот город украли? Это мой город, я просто разделила его с миллионами приезжих! Но мне крайне не нравится то, как развивается наш город. Вместо красивых домов – спонтанная архитектура, чудовищные торговые центры, полное отсутствие парков и в основном безвкусные рекламные блоки, которыми завешан город. Я сомневаюсь, что это в принципе может кому-то нравиться. Зато облик москвичей и гостей столицы не так уж и плох. Эмо, хипстеры, скейтеры, безусловно, добавляют современный вид городу. Но в целом, скажите, откуда им одетым со вкусом здесь взяться? Понятие вкуса после революции не особенно воспитывалось у населения. Красные Бентли, шлёпки с носками, барочные дома на Рублевке, массивные бриллиантовые украшения на молодых девушках – все это полная безвкусица и для меня неприемлемо. Ну а эти сексапильные крошки на каблуках в откровенных нарядах? Они уже давно стали фирменным стилем Москвы. Само же понятие коренного москвича для меня не имеет никакого значения. Москва – мегаполис. Конечно, меня несколько удивляет, что на Цветном бульваре продавцы в магазине плохо понимают по-русски. В моей компании я веду такую же политику. У нас не принято делить, кто из какого города. Признаться, и я сама толком не знаю, есть ли среди сотрудников москвичи. Ну правда, совсем не это главное, – главное, что они профессионалы в своей области и с ними приятно работать.

Как при всей загруженности вам хватает время для общения с сыном? Я стараюсь проводить с Арсением максимально много времени! Сеня классный и сознательный ребенок. Несколько раз в год мы обязательно всей семьей уезжаем за границу. Последняя наша поездка была на Бали: мы ходили на йогу, прошли весь теоретический курс серфинга, купались, загорали. В Москве сын ходит в обычный детский сад, занимается карате, плаванием и английским. Очень хочу, чтобы он вырос сильным, смелым и благородным мужчиной. Наверняка, когда клиенты заказывают вам наряды, они каким-то образом вмешиваются в процесс, высказывают пожелания. До какого момента вы можете идти на компромисс и прислушиваться к их пожеланиям? Скажу сразу, моя компания – не ателье. Клиент может заказать индивидуальный пошив, но это значит, что уже созданная модель будет подгоняться под его мерки, на ней может быть вышито его имя или какой-то знак, безусловно, не противоречащий философии бренда. Разработка дизайна предполагается только в случае массовых заказов сторонних компании, которые обращаются именно за дизайном. А как вы относитесь к подделкам, заполонившим все рынки? Мне сложно ответить на этот вопрос. Сначала мне как дизайнеру даже льстил тот факт, что меня копируют, но очень скоро я поняла, что это также наносит серьезный удар по репутации бренда. Обидно, что люди просто воруют идеи и пользуются моей работой. Это, по меньшей мере, несправедливо. Что уж говорить о финансовых потерях компании. Если честно, я не имею ни малейшего представления, как с этим бороться. Единственное, что мы смогли предпринять, это создать интернет-магазин. Теперь на моем сайте человек из любого города может заказать себе вещь. Надеюсь, что доступность сможет предостеречь клиентов от ужасных подделок.