Вчера я заглянула на Ютьюб-канал Антона Суворкина, последнее видео которого было посвящено откровениям Елены Прокловой. Затем я пробежалась по комментам под видео, и от одного рассказа у меня кровь застыла в жилах. Вот он – и это даже не комментарий, а исповедь.

«Когда мне было 10 лет, и я шла в музыкальную школу, ко мне на улице подошёл дядя и сказал, что ему нужна помощь, попросил пойти с ним и сказал, что это не займет много времени и я не опоздаю... В моем детстве было принято слушать взрослы, и дядя был очень вежлив. Он завел меня в подвал и вдруг вытащил что-то из штанов и начал судорожно дергать рукой, глядя в мои глаза, полные ужаса и непонимания, что происходит. Стояла, парализованная ужасом. Когда из этой штуки начала брызгать жидкость, я убежала... Я не понимала, что произошло и в этом возрасте понятия не имела об этой стороне жизни, но подспудно я поняла, что увидела что-то из взрослой жизни. Меня охватывало чувство тошноты и грязи. Я не могла никому рассказать о происшедшем. На следующий день я проснулась и... не могла произнести ни слова! Горловые мышцы свело спазмом. Я БЫЛА НЕМОЙ ГОД. Меня водили к логопедам, психологов тогда не было. Никто не понимал, как это вылечить. Я стала потихоньку говорить, но с таким сильным заиканием, что в школе мне разрешили ответы давать только в письменном виде. Потом мама нашла специалистов, которые работали в психиатрической больнице с очень умственно отсталыми детьми. Эти врачи набирали маленькую группу детей с таким же сильным заиканием, как у меня, с которым не могли справиться обычные логопеды. Спустя месяц мы все разговаривали нормально на 99%, иногда только могла заткнуться во время сильного волнения, но это было практически не заметно. О том, почему я тогда онемела, я не могла рассказывать лет до 40... Сейчас мне 45 и только паре подруг рассказала, когда сидели и душевно пили вино. Мои родители до сих пор не знают. ОЧЕНЬ ХОРОШО понимаю Проклову...»

Потом женщина добавила: «.. я сильная, жить не мешало,  замуж вышла, дочку родила. Но отпечаток на психике все же остался. Мужчины ведь свое достоинство очень любят и хотят, чтобы женщина им тоже любовалась. А я не хочу на Это смотреть, приходилось делать над собой усилие…»