Ах, порой кажется, что и трава была раньше зеленее, и кавалеры благороднее, и дамы прекраснее. А потом сунешь нос поглубже - ан нет, не меняется человеческая природа. Сегодня решила я припасть к родным осинам, а то все иноплеменных Габсбургов да Бурбонов в плохом уличаем, а того, что у нас в отчизне творилось, подчас и не знаем.

Итак, в 1818 году в семье Великого князя Николая Павловича и супруги его Александры Федоровны, урожденной принцессы Прусской, родился первенец - сын Александр. Спустя несколько лет стало понятно, что быть мальчику рано или поздно на престоле Российском, ибо у старших его дядей законных детей не предвиделось. Для образования наследника привлекли лучшие умы страны - М.М.Сперанского, Е.Ф.Канкрина, К.И.Арсеньева, а общий процесс воспитания доверили В.А.Жуковскому. Параллельно Александр проходил и воинскую службу, будучи шефом нескольких гвардейских полков. Для расширения кругозора наследника в 1837 году отправили в большое путешествие по России, он стал первым из семьи, кто посетил Сибирь (и там встречался со ссыльными), а по возвращении состоялся европейский тур.

Отправляли цесаревича из Петербурга не только в образовательных целях: достаточно рано он начал проявлять интерес к дамам и если флирт с фрейлинами Натальей Бороздиной и Софьей Давыдовой был воспринят достаточно спокойно, то роман с полячкой Ольгой Калиновской вызвал целую бурю в императорской семье. Вообще, родители не идеализировали Александра, отмечая в письмах его влюбчивость, ведОмость, даже слабохарактерность, поэтому отношения с девушкой, на родине которой совсем недавно было подавлено антироссийское восстание, и которая обладала достаточными умом и волей, чтобы всерьез привязать к себе наследника престола, были неприемлемы.  «Мы говорили про  Сашу. Надо ему иметь больше силы характера, иначе он погибнет...  Слишком  он влюбчивый и слабовольный  и  легко  попадает под влияние. Надо его непременно удалить из Петербурга...» - писал Николай I.

Цесаревич уехал в Европу, и среди первых посетил двор в Дармштадте, столице Гессена. Там он познакомился с юной принцессой Максимилианой - Вильгельминой - Августой - Софией - Марией, младшей дочерью герцога. И хотя Александр и страдал от разбитого сердца, это не помешало ему написать отцу о возможном интересе к браку с ней. В Петербурге письмо вызвало эффект разорвавшейся бомбы. Императрица горячо протестовала против брака, поскольку по всей Европе ходили слухи о том, что младшие дети гессенского герцога были прижиты герцогиней от любовника. Николай поступил мудрее и предложил подождать. И действительно, прибывший с визитом в Лондон Александр вляпался в новый роман - на этот раз с недавно вступившей на престол королевой Викторией. Но перспектив у зародившихся чувств не было - никто бы не позволил брак между последней представительницей Ганноверов и наследником русского престола, это было нереально и политически, и географически. Виктория по настойчивым просьбам кабинета министров уехала в Виндзорский замок, а Александру было предписано покинуть Лондон письмом из Петербурга. При возвращении на родину его ждал очередной удар - Ольгу Калиновскую выдали замуж, что вызвало самый настоящий бунт против родительской опеки. Единственным способом примирения наследник назвал брак с гессенской принцессой. 

В 1840 году невеста прибыла в Петербург и приняла православие под именем Марии Александровны. В 1841 году состоялась свадьба. Императрица Александра так и не смирилась с навязанной невесткой, зато молодую Великую княгиню обожали свекор и муж. Да, в браке Александр не нашел великих страстей, зато его жена была умна, добра, образована и всячески старалась оправдать ожидания, налагаемые ее положением. Первые годы Мария стеснялась имперского размаха, блеска двора, но постепенно нашла свою нишу, окружила себя симпатичными ей людьми и влилась в окружающую обстановку. У супругов родилось 8 детей: две дочери Александра и Мария, и сыновья Николай, Александр, Владимир, Алексей, Сергей и Павел. Частые роды привели к ухудшению здоровья Марии Александровны, вызвав туберкулез, с которым она с переменным успехом боролась до конца своих дней. Однако, еще большей проблемой стали придворные интриги, результатом которых стало охлаждение супругов. В отличие от Николая I, Александр достаточно долго сохранял супружескую верность, видимо помня о том, что чувствовала его мать, узнавая об очередной фаворитке. Но жена теряла здоровье и красоту, желания ослепляли, а при дворе все чаще появлялись красивые фрейлины. Хотя, когда Александр оказался пойман во власть чувств, многие очень сильно удивились его выбору.

Княжна Александра Сергееевна Долгорукова не была ослепительно красива, грациозна и обаятельна. Не любившая ее Анна Федоровна Тютчева, дочь поэта и фрейлина Марии Александровны, достаточно едко отзывалась и о ее внешности, и о привычке часто замолкать, уставившись глазами в угол. Однако, у Долгоруковой хватало ума и такта не афишировать свое влияние на императора и не ссорить его с семьей. Императорская семья сохраняла все видимые приличия, регулярно встречаясь за столом в течение дня. Да и двое младших детей появились во время отношений с княжной Александрой. История завершилась в 1862 году, когда Александр выдал Долгорукову замуж за Павла Альбединского и подарил супруге знаменитый синий сапфир, приобретенный на Всемирной выставке в Лондоне.

Тем не менее, воцарившееся семейное спокойствие оказалось разрушенным и уже навсегда. Еще в начале своего царствования Александр побывал в гостях у дальних родичей своей фаворитки, семейства Долгоруковых в их украинском имении Тепловка. Глава семейства полностью растратил семейное состояние и попросил императора о помощи. Именно тогда и состоялась знаковая встреча 41 - летнего самодержца с совсем юной княжной Екатериной Михайловной, которая была моложе его на 30 лет. По - разному домысливают мотивы императора, но после визита в Тепловку братья Долгоруковы были устроены в военные учебные заведения, а сестры в Смольный институт. Долги по имению взяла на себя казна. Новая встреча Екатерины и Александра состоялась в 1865 году на выпуске из Смольного. Тогда в семье Романовых случилось страшное горе - долго и мучительно умирал старший сын и наследник Николай, любимец матери. Поэтому распространившиеся на фоне трагедии слухи о новой страсти императора вызвали настоящее семейное противостояние.  Да, Александр пытался скрывать свои визиты в Смольный, но в Петербурге было слишком много ушей и глаз. А уж когда Екатерину сделали фрейлиной императрицы, то сплетни полились рекой. К тому времени скончалась княгиня Вера Долгорукова, мать Екатерины, и новый опекун девушки, ее брат Михаил, был настроен отнюдь не доброжелательно к ухажеру сестры. Вскоре княжну увезли в Италию - выяснилось, что отношения с Александром перешли в физическую плоскость и хотя император поклялся, что женится на любовнице при первой же возможности, кто поверит словам? 

 

Тем не менее, не имея возможности сделать самого главного, Александр осуществил весьма решительные шаги ради своего счастья. В 1867 году он приехал в Париж и заставил привезти туда Екатерину. Больше они так надолго не разлучались. По возвращении в Петербург фаворитка поселилась в Зимнем дворце, а придворные затаились в ожидании открытого семейного скандала. Именно тогда начался раскол между императором с одной стороны и императрицей с детьми с другой. К чести Марии Александровны, она никогда не позволяла себе никаких замечаний в адрес мужа и его пассий и полностью погрузилась в благотворительность и воспитание детей. Зато не постеснялись наследник Александр и его жена Мария Федоровна, получившие в ответ жесткую отповедь и даже топанье ногами. После этого петербургский двор зажил нравами эпохи веселого короля Людовика XIV.  «Она (Долгорукая ) является  на  все  семейные ужины, официальные или частные, а также присутствует на церковных службах в придворной церкви со всем двором. Мы должны принимать ее, а также делать ей  визиты. И  так как  княгиня  весьма невоспитанна, и у нее нет ни такта, ни  ума, вы можете себе представить, как всякое наше чувство просто топчется ногами, не  щадится ничего» - писала Великая княгиня Мария Павловна. Еще больше все осложнилось после рождения детей, признанных императором и получивших титул светлейших князей. Георгий, Ольга, Борис (вскоре умерший) и Екатерина указом Сената стали именоваться Юрьевскими, в честь предка Долгоруковых - московского князя Юрия. 

Почему же так негативно восприняли Романовы новые отношения императора, ведь любовницы были у всех царствовавших и не только членов семьи? Во - первых, до Долгоруковой любовные связи всячески скрывались. Да, были Нарышкина, Нелидова или Гагарина, широко всем известные, но никого не селили в покоях, подобным комнатам официальной жены и никого не приводили за семейный стол. Во - вторых, своим поведением Александр весьма пошатнул границы дозволенного: раз позволено императору, то и Великие князья заводят открытые дома для любовниц, игнорируя приличия. А позже Романовых и вовсе захлестнет череда морганатических браков и узаконенных бастардов. Ну а третья причина... папенька оказался дивным лицемером в пропаганде семейных ценностей, что сыграло трагическую роль в отношении к нему сыновей.

Княжна Мария Элимовна Мещерская рано осиротела и по ходатайству тетки была принята фрейлиной императрицы ко двору. Красивая, обаятельная и образованная, она быстро смогла привлечь внимание Великого князя Александра, второго сына императора. С ее помощью он смог пережить потерю любимого старшего брата Николая. Они все чаще встречались, переписывались и Александр II увидел в их отношениях опасность для сына. Действительно, любовь к Марии настолько ослепила цесаревича, что он заговорил об возможном отречении от престола ( ну прямо как папенька 30 лет назад), и только неуверенность в чувствах княжны в конце концов заставила его уехать в Данию, для помолвки с принцессой Дагмарой, а Мещерскую сначала удалили от двора, а потом и вовсе выслали за границу, где выдали замуж за Павла Демидова, наследника уральских заводов. Брак оказался блестящим, счастливым, но недолгим - вскоре Мария умерла в родах, оставив сына Элима. Ей было 24 года. И хотя цесаревич Александр к тому времени уже был благополучно женат, но на отца обида за эту историю сохранилась.

Еще более трагическим стал роман другого Великого князя - Алексея. Четвертый сын императора совсем юным влюбился в Александру Васильевну Жуковскую, тоже фрейлину императрицы. Дочь поэта оказалась при дворе также из - за стесненных семейных обстоятельств. Смерть отца оставила ее и брата без средств, и только личный интерес императора к детям своего воспитателя позволил решить материальные трудности. Между прочим, Жуковская была подругой Марии Мещерской и свидетельницей ее романа с цесаревичем. И тем не менее, судьба приятельницы не остановила ее от рискованных отношений с сыном императора. Известный мемуарист и сплетник того времени граф С.Д.Шереметев в своих воспоминаниях выставлял Жуковскую охотницей и дамой весьма расчетливой, но почему - то лично я особо в это не верю. И ставка незначительная - младший сын, без связей и влияния, и наказание суровое - лишение фрейлинского жалования, единственного дохода, плюс опороченная репутация. Итогом отношений Александры и Алексея стала беременность и рождение сына Алексея, позже получившего титул графа Белевского - Жуковского. Есть версия, что влюбленные обвенчались, но позже брак был расторгнут. В любом случае, Алексей называл Александру своей женой. Император отправил сына в двухлетнее кругосветное путешествие, а Жуковская с братом уехали за границу, где она родила ребенка. Под давлением двора отношения с Алексеем были разорваны, несмотря на его неоднократные просьбы о встрече. Единственное, что было сделано - организован фонд для содержания Алексея - младшего и куплено имение в Италии. Александра же вышла замуж за саксонского барона Вермана. Новый император Александр III назначил ей пожизненную пенсию. А Алексей так и не женился, прожив свою жизнь среди дам весьма сомнительной репутации и весьма вольно обращаясь с казенными деньгами. В 1932 году в Тбилиси будет расстрелян их сын, оставшийся после революции в России. Причиной гибели станет его происхождение. Дети Алексея благополучно эмигрировали и ныне живы их потомки.

 

Да, излишества, которые в личной жизни позволял себе император, были сурово пресечены у его детей. Неудивительно, что Долгорукову при дворе постепенно начинали ненавидеть. Шаткость ее положения была очевидна, поскольку Александр не молодел, в стране разворачивалась откровенная охота на царя со стороны народовольцев, Мария Александровна упорно цеплялась за жизнь, а придворные постепенно перебегали в лагерь "молодого Двора". Александр II даже взял клятву у сына и просил позаботиться о Долгоруковой в случае необходимости. Также он пытался уравнять в правах законных детей и князей Юрьевских. 

В 1880 году скончалась императрица. Произошло это 22 мая, а уже 6 июля Александр сдержал свое обещание и женился на Екатерине, получившей титул Светлейшей княгини Юрьевской. Брачная церемония была тайной, на ней присутствовали немногие доверенные лица. Известие о новой жене императора вызвало широкий резонанс. Общество пытались смягчить историей о том, что рядом с монархом впервые за долгое время истинно по крови русская женщина ( где - то вздохнули Мария Мещерская и Александра Жуковская), но для большинства этот союз оказался неприемлемым. Шокировали и скороспелая свадьба, и наличие трех детей, и активное выпячивание Екатерины в государственных делах. Например, проект конституции Лорис - Меликова целиком и полностью списывали на влияние новой жены, которая желала большей личной свободы для Александра. 

Общее напряжение во дворце и стране разрешилось в марте 1881 года гибелью императора от рук народовольцев. После похорон Екатерина вместе с детьми покинула Россию, лишь изредка навещая Петербург, где для нее казна купила дом. Жила на широкую ногу, в окружении молодежи, поэтому неудивительно, что после ее смерти обнаружились серьезные долги. К тому времени Георгий умер, поэтому наследственные дела разбирали дочери. Ольга вышла замуж за графа Меренберга, сына Н.А.Пушкиной от морганатического брака с герцогом Нассау. Так причудливо, браком внуков, закольцевалась вражда поэта с Николаем I. Кстати, другой внук Николая I, Михаил Романов женится на Софье Меренберг, окончательно перемешав родственные узы.

А мораль сей басни... нужна ли она? Все течет, все меняется. Ранее невозможное разрешается, критикуемое одобряется. Александра мы помним как великого реформатора, но ничто человеческое ему не было чуждо, а уж что было раньше, его желания или нужды страны, вопрос остается открытым. Иностранцы им восхищались, достаточно вспомнить сиропный "Роман императора" Мориса Палеолога, на родине его убили.