Хей-хей, снова с вами  самая культурная рубрика про культурные новости!

И обсуждать сегодня с вами будем это

Эпическая битва Театра Вахтангова против писателя Полякова:бодался теленок с дубом

Артисты театра Вахтангова пожаловались на писателя Полякова. 

Они написали ему письмо, копию отправили в Министерство культуры.

Вот его текст:

«Юрий Михайлович! Рука не поднимается написать «уважаемый», как это обычно принято, при обращении к человеку, питающему странную, но стойкую неприязнь к Государственному академическому театру имени Евгения Вахтангова и его художественному руководителю Римасу Туминасу…»

Раздражение артистов  вызвало интервью писателя, где, в частности, он сказал:

«Должен заметить, что нынче мало театров, которые ставят современные пьесы. Например, в прославленном Государственном академическом театре имени Евгения Вахтангова, который был флагманом советской драматургии, нынче нет ни одной! Я поинтересовался у художественного руководителя Римаса Туминаса: «Вам не интересна современная Россия как гражданину Евросоюза? Тогда зачем вы работаете в русском театре?» Обиделся».

 Ситуацию поясняет директор театра Кирилл Крок

— Может быть, мы и не стали бы отвечать на выпады господина Полякова, если бы с его стороны не было откровенного вранья. То, что ему видится, будто в спектакле «Евгений Онегин» Татьяна держится не за то место, — это его личные сексуальные фантазии. То, что он везде склоняет театр, — мы вообще не обращаем внимания. Но когда идет откровенная ложь, мы не будем молчать. Он упрекает нас, что Вахтанговский не ставит современную драматургию, но в репертуаре театра 53 названия, из них 6 спектаклей по современной российской драматургии, что составляет 11% от общего репертуара театра.

В своих высказываниях Юрий Поляков допускает непозволительный тон по отношению к Туминасу, называя его гражданином Евросоюза, работающим в русском театре, но не интересующимся нашей страной.

Стоит ли напоминать, что Римас Туминас — выпускник российской театральной школы, исповедующей принципы русского психологического театра. И который за 10 лет превратил Вахтанговский театр в один из самых успешных.

 – Скажите, а что это за история с мнением экспертов Российского научно-исследовательского института, которые, изучив постановки пушкинских произведений, обвинили Римаса Владимировича Туминаса в нелюбви к России?

– Человек, который начал войну с нашим театром, – небезызвестный автор Юрий Поляков. В его собственных пьесах немало пикантных ситуаций, более чем смелых реплик, сюжетные повороты, обстоятельства на грани приличия. Мне лично кажется, он сам является аморальным типом, но пытается нас учить морали. Как-то мне позвонил один влиятельный человек и спросил, почему Театр Вахтангова не хочет забрать в свой репертуар «Козлёнка в молоке» по пьесе Полякова, а спектакль шёл в Театре Рубена Симонова. Комиссией из трёх человек мы отсмотрели все спектакли этого театра. «Козлёнок» хорошо воспринимался 25 лет назад, так как являл собой политическую сатиру на перестройку. С позиции сегодняшнего дня это скорее пошлый архаизм. Поэтому мы от него отказались. После этого Юрий Поляков в одном ток-шоу на федеральном канале заявил, что в постановке Туминаса «Евгений Онегин» Татьяна, читая знаменитый пушкинский монолог про русскую душу, показывает пальцем на причинное место.

Так что всё очень банально до крайности – раз мы не взяли спектакль по его пьесе, то нас надо попытаться уличить в занятиях похабщиной. Первопричину стоит искать в финансовой плоскости – не позвали на постановку, закрыли спектакль, отказались взять пьесу. В театральном мире много людей, ревностно относящихся к чужим успехам. Увы, мы не привыкли радоваться за коллег… Легче поливать их грязью и рассказывать небылицы.

Что говорит о этой ситуации сам Поляков:

- Он перевернул причинно-следственные связи. Мол, обидели драматурга, он и наехал на театр. На самом же деле все было с точностью до наоборот, и получается: «гражданин Крок соврамши»… Зачем? А чтобы не оправдываться, точнее, не отвечать на вполне определённую критику. Как-то на страницах «ЛГ» я высказался о странном равнодушии Вахтанговского театра к нашей нынешней жизни: в репертуаре нет ни одной современной русской пьесы. Кстати, подобный упрёк «Литературная газета» адресовала и другим сценическим коллективам, но они если не прислушались, то хотя бы отмолчались.

Года два назад я написал примерно следующее: может ли современная Россия не интересовать выдающегося литовского режиссёра Римаса Туминаса, гражданина страны, пребывающей с нашим отечеством в непростых геополитических отношениях? Вполне. Он имеет на это право.

Имеем ли мы, граждане РФ, право удивляться тому, что наша жизнь по барабану худруку русского государственного академического театра Римасу Туминасу? Тоже имеем право. Более того, мы имеем право такое отношение к нам расценить как профессиональную непригодность. Разумеется, с нашей, российской точки зрения. Кстати, русского режиссёра, который, чудом возглавив в Вильнюсе театр, игнорировал бы чаянья современной Литвы, просто выслали бы на родину бандеролью. Понятно, мэтр Туминас обиделся, но негоже небожителю и гражданину Евросоюза полемизировать с каким-то там смертным русским писателем. Тогда за дело взялся протагонист Крок.

Теперь о звонке «одного влиятельного человека». Господин директор утаил, кто позвонил. Зачем эта тайнопись? А чтобы безнаказанно переврать ситуацию. Но говорить правду легко и приятно. Вот как было дело. На каком-то мероприятии в декабре прошлого года я пригласил министра культуры Владимира Мединского на последнего «Козлёнка в молоке» в Театре имени Рубена Симонова. Спектакль шёл 16 лет и был сыгран 560 раз. Министр ответил, что спектакль видел, и удивился: «А разве они не забирают «Козлёнка» себе?»  Я сразу ответил министру, что «Литературная газета» не раз критиковала Туминаса, поэтому такое вряд ли возможно. В. Мединский тут же набрал номер г-на Крока и поинтересовался судьбой «Козлёнка», минут десять выслушивал ответ, а затем сказал ему: «Ну, если вы считаете, что спектакль устарел, тогда вопросов нет». И всё.

А дальше начинается самое интересное. О «Евгении Онегине» в версии Туминаса я высказался задолго до того, как приняли решение упразднить Театр имени Симонова. Особенно меня задела сцена, где, произнося авторский текст: «Татьяна (русская душою…)», – актёр указует перстом на свой детородный орган. Смело? Не знаю… Тянет на «занятия похабщиной»? Возможно. Но я воспринял это как откровенную русофобию и написал: г-н Туминас, видимо, полагает, что русская душа помещается не в том месте, где литовская.

Возражая мне, спустя два года протагонист Крок заявляет: «Татьяна, читая знаменитый пушкинский монолог про русскую душу, показывает пальцем на причинное место». 

Какой пушкинский монолог? Какая Татьяна, если текст произносит актёр? Видимо, бывший завпост не только о Пушкине, но и о сценических открытиях своего заместителя по художественной части имеет представление такое же, как Стёпа Лиходеев о мрачном шоу маэстро Воланда.

Вот , кстати, сам "Евгений Онегин", о котором и идет речь

Кому в этой ситуации верите вы?

Прав ли Поляков, который говорит о том, что сидя в русском театре и получая деньги из российского бюджета, довольно странно всячески при этом русскую культуру одновременно и обгаживать?

Или прав господин Крок- Это наше дело, как мы осваиваем бюджетные деньги