Случайно встретила на просторах интернета эти милые рассказы. Прочитала сегодня своим за завтраком: все улыбались). У нас нет котов, но таких "умников" мы бы завели с удовольствием))). 

Автор текста Юлия Рублева. 

**********

Звонили коты. 
- Ты где? - спросил Барсик. 
- Как это где, - сказала я. - Я вот вчера прилетела, вы же видели, сейчас по городу мотаюсь, потом... 
- Мы смотрели твой фейсбук, - сказал Барсик. 
- Как это - смотрели? - сказала я. - Разве котики умеют...
- Умеют, - сказал Барсик. В трубку рядом с ним сопел Мартын. 
Я тяжело замолчала. 
- Ты постишь там других котиков, - сказал Барсик. - Не нас. 
- И таксу лайкает, - добавил Мартын. - Про таксу читает. Поэтическую. Про собаку то есть. 
- Про собаку, - веско сказал Барсик. 
- Откуда вы вообще... Вот это вот всё - "постишь, лайкает", - откуда? - сказала я. 
- У нас есть фейсбук для котиков, - сказал Барсик, - мы оттуда за тобой следим. Мы тебя там обозначили как "близкие котику". 
- Вы там размещаете... Как это... Мои вдруг фоточки... Вдруг? - сказала я. - Погодите! Я ничего не поняла. 
- Мы не размещаем, как ты сидишь на лотке, к примеру, - сказал Барсик. - И как ты валяешься по утрам - тоже не размещаем. 
- Иногда размещаем, как ты ешь, - добавил Мартын и снова засопел. - Твою миску и рядом нашу. Типа сравните, котики добрые. Пятьсот лайков. Сотни желающих помочь пишут в личку.
- Осуждают меня? - покорно спросила я.  
- Да, - сказал Барсик. 
Мы замолчали. 
- Мы вступили в группу "Неглаженные котики", - сказал Мартын. 
- Восемь стран, девяносто тысяч участников, - сказал Барсик. - Чума нашего времени. 
- Там недавно была фоточка механической гладилки, - сказал Мартын. - Пока хозяева в отъезде. Железная, черная, страшная. А что поделаешь? Если ты летаешь туда-сюда все время. 
- Недавно, - сказал Барсик, - там один пост собрал сто тысяч лайков. 
- Какой? - спросила я. 
- Один хозяин одного "Неглаженного котика" привез ему в галстуке восемь банок агар-агара, - сказал Барсик. 
- Фуагры, - поправил Мартын. 
- Погодите, - сказала я. - Гоните. Фуагра под санкциями. 
- Контрабандой, - пояснил Барсик. 
- Говорим же, в галстуке, - добавил Мартын. 
- Это ж какой у него галстук должен быть, - сказала я. 
- Или он просто любит своих котиков, - сказал Барсик. 
- Да, - сказал Мартын. 
- Размер галстука неважен, если любишь своих котиков, - сказал Барсик. - Всегда можно привезти баночку-другую агар-агара. 
- Фуагры, - сказал Мартын. 
- Что вы от меня хотите? - сказала я. 
- Хотя бы говядины, - сказал Барсик. 
- Кролик с рисом дерьмо, с овощами дерьмо, просто кролик дерьмо, - затараторил Мартын. 
- Мартын, я услышала, - сказала я. - Скажите, а нельзя просто попросить? обязательно надо шантажировать вот этим вот- фоточки, "Неглаженые котики", размер галстука? Я вас избаловала. 
- Мартыну еще кошечку надо, - тяжело сказал Барсик. 
- Пусть обратится в сообщество "Неглаженные кошечки" - сказала я и захохотала.

************

Звонили коты. Разговаривали хмурыми голосами.

- Когда ты улетаешь? - спросил Барсик.
- Через неделю, - сказала я.
- Что привезешь? - -спросил Барсик.
- Дайте мне улететь,- сказала я.
- Мы неглаженные, - сказал Барсик.
- Ой, ну вот не надо, - сказала я.
- Мы блогеры, - сказал Мартын.
- Это с каких пор? - спросила я.
- Нас читают твои подписчики, - сказал Мартын.
- Захочу, не буду больше про вас писать, - сказала я.
- Ты улетаешь не только через неделю, - сказал Барсик.
- Твое лето является возмутительным, - сказал Мартын.
- И? - спросила я.
- Мы хотим тобой манипулировать, - сказал Мартын.
- Тихо, дурак, - сказал Барсик.
- Нет, а что такого? Она туда летит, сюда летит, она думает, что купила нам консервов, хранит под лавкой, и мы такие будем безмолвные, - сказал Мартын.
- Мы такие должны быть робкие, - сказал Барсик.
- Типа нас купили этим ее кроликом, - сказал Мартын.
- Говядиной, - сказал Барсик.
- Мы такие типа бездуховные, - сказал Мартын.
- Типа нам достаточно только жрать, - сказал Барсик.
- Да, - сказал Мартын.
- И? - сказала я.
- В сообществе "Неглаженные котики" пишут про любовь, - сказал Барсик.
- Про близость между хозяевами и котиками, - сказал Мартын.
- Про доменную печь, - сказал Барсик.
- Тихо, дурак, - сказал Мартын. - Откуда ты это взял?
- Начитался группы "Древние хлеборобы", прости, - сказал Барсик.
- Ну и каша у вас, - сказал я. - Так что вам надо?
- Ты нас как-то не просто гладь, - сказал Барсик.
- А со значением, - сказал Мартын.
- Приговаривай что-нибудь, - сказал Барсик.
- Там пишут "ласковое", - сказал Мартын. - Ты умеешь ласковое?
- Скажи "я вас люблю, мои котики" и гладь, а не просто молча, - сказал Барсик.
- Хорошо, - сказала я. - Я буду вас гладить и говорить.
- Отдельно меня, отдельно его, - сказал Мартын.
- Да, не надо вместе, - сказал Барсик. - Каждого гладь и каждому говори.
-- И чтобы другой не видел, - сказал Мартын.
- В сообществе "Неглаженные котики" один хозяин загладил своего котика до лысины, - сказал Мартын.
- Тихо, дурак, - сказал Барсик. - Научишь ее

**************

- А что, Мартын, - говорит Барсик, - ты, может, гражданин?
- Я котик, - говорит Мартын. - А что?
- Наша-то абьюзер, вот что. Абьюзом занимается, - говорит Барсик.
- Чем-чем? - с уважением говорит Мартын.
- Абьюзом, - говорит Барсик.
- Это вкусно? - говорит Мартын.
- Дурак ты, хоть и котик, - говорит Барсик. - в "Неглаженных котиках" Кеша Мягкий говорит, что все наши хозяева - абьюзеры.
- Ты давай объясни по-человечески, - говорит Мартын. - а то сам меня за "глисты" и "семантический" извел, а сам вон чего.
- Ну вот помнишь, в фейсбуке для котиков все писали, что попьют, мол, из унитаза, или, например, поедят плотно печенки там какой, или консерву, идут вылизываться, а их хозяева хвать-похвать поперек набитого живота и давай в усы целовать. Помнишь? - говорит Барсик.
- Помню, - говорит Мартын.
- Вот это и есть абьюз, - говорит Барсик.
- Целовать в усы - абьюз? - спрашивает Мартын.
- Целовать в усы, когда это внезапно! - поясняет Барсик. - Ты не планировал, а тебя хвать-похвать попе...
- Это я понял, - перебивает Мартын. - Но раньше мы с тобой говорили, что когда прямо по усам наша целует, - это страсть. Что, мол, женщины испытывают к своим котикам страсть, вот и хватают. И эту, нежность. Поэтому им даже попитый унитаз нипочем.
- Я не совсем еще понял, - признается Барсик, - когда страсть, а когда абьюз. Но абьюз надо запрещать, а страсть придется вытерпеть. Уважение проявлять к чувствам женщины.
- Да, в "Неглаженых кошечках" тоже об этом пишут, уважение, мол, к чувствам женщины, то есть кошечки, залог целой морды, - задумывается Мартын.
- Тьфу, ненавижу, когда ты там сидишь, как не мужик прям, а киса какая, - морщится Барсик. - Ладно, слушай. Короче, давай нашей запретим ее абьюз.
- Давай, - говорит Мартын. - Только нам надо понятийный аппарат выработать.
- Что? - изумляется Барсик. - Ты где опять это взял?
- Политологов наша смотрит на трубе, - поясняет Мартын. - Они там перед тем, как поужинать, говорят "понятийный аппарат", "понятийный аппарат". А потом ужинают. Колбасой.
- Ладно, - говорит Барсик. - Ты мне потом все расскажешь, и что за труба, и что за колбаса.
- Это аппарат, чтобы колбаса внутри хорошо легла, - говорит Мартын. - Я так понял.
- Приступим, - объявляет Барсик. - Что мы ей запретим?
- Запретим говорить одно слово, ты его ненавидишь, - говорит Мартын. - Я его даже произнести не могу, противно.
- Какое? - говорит Барсик.
- Кытя, - говорит Мартын.
- Ненавижу, - говорит Барсик. - Аж передергивает. Кытя!
- И меня, - признается Мартын. - Берет нас, прямо так сжимает, и говорит - кытя, кытя! Таким противным голоском, будто мы дебилы.
- Ага, - говорит Барсик. - Не киса. Не котик. Не кыш даже! А кытя! фу! Ненавижу!
- Ненавижу, - ежится Мартын. - Запретим ей!
- Запретим! - говорит Барсик. - А еще давай запретим нас в живот целовать.
- Почему? - спрашивает Мартын.
- Я суровый, - говорит Барсик. - Я сильный. У меня когти. И загривок. Пусть уважает! А она меня опрокидывает, и прямо видно, что живот мой пушистый, и беззащитный, как енот какой! Ненавижу! Запретить ей!
- Запретить ей, - вздыхает Мартын. - А мне нравится, когда она мой животик чешет и говорит, что у меня там шерстка цвета топленого молока...
- Не раскисать! - сурово говорит Барсик. - Мы не еноты какие кверху пузом! Абьюз не пройдет! ты еще небось мурлычешь?
- Иногда, - сознается Мартын. - Негромко.
- Ты должен сурово всей мордой показать, что это насилие над личностью! - велит Барсик.
- Ладно, - вздыхает Мартын. - А еще какой ейный абьюз?
- Ейный! - говорит Барсик. - Не позорь меня, деревенщина, ты из приличной семьи. А вот у нее какой ейный, тьфу, абьюз, - она поет.
- Поет! точно! - вспоминает Мартын.
- Скрипучим таким голосом, - говорит Барсик. - Про нас. Два куплета.
- Про нас мне нравится, - стесняется Мартын. - Может, пусть поет?
- Я не просил ее петь про нас! - говорит Барсик. - Пение без запроса абьюз! Вот там есть слова "волосатый Барсик, волосатенький Мартын" - тебе что, нравится?
- Нравится, - прижимает уши Мартын. - Волосатенький. Нежно. Я не лысый какй абиссинец. Я полосатый волосатый!
- Мы пушистые, - поясняет Барсик. - Мохнатые. Лохматые! А волосатый это пусть гуманоид какой!
- Запретим? - вздыхает Мартын.
- Запретим! - говорит Барсик. - Пусть переделает в полосатый. Я полосатый! Таких полосатых еще поискать!
- И я полосатый! - приосанивается Мартын. - Волосатый полосатый!
- Бестолочь, - говорит Барсик. - Так с тобой абьюз на абьюзе и будет. Ладно, пошли. Аппарат вырабатывать. Колбаса, печенка. Чтобы легли хорошо.
- Пошли, - говорит Мартын. - И напишем в "Котиках", что запретили ей "кытю" и петь.
- И чтобы пузо не чесала, как еноту, - говорит Барсик, - и ты смотри, не мурлыкай, противостой ее абьюзу. Противостои. Не раскисай, как сопля. Хочет чесать - пусть бороду чешет нам или за ушами. Есть где чесать!
- Не буду, - шепчет Мартын. - Не буду мурлыкать. Абьюз не пройдет.