У Сергея Довлатова в его произведении (одном из лучших, на мой взгляд) «Компромисс» шестая глава называлась «Встреча с интересным человеком». Героине нужно было найти интересного персонажа для радиопередачи. Как и весь сборник коротких зарисовок будней журналиста прибалтийской (кажется) газеты, этот рассказ был ироничным, немного грустным, где-то жестким, острым, неопрятным и даже немного пьяным. В общем, читать такое - одно удовольствие. И тут даже не обойтись без цитат:

- Вы филолог?

- Точнее – лингвист. Я занимаюсь проблемой фонематичности русского «Щ»

- А что есть такая проблема?

- Одна из наиболее животрепещущих

Или вот еще:

- Вы же были надзирателем? Это опасно, рискованно?

- Риск, конечно, был. Много водки пили. Лосьоном не брезговали.

Вспомнить об этой главе из книжки Довлатова меня заставила одна ничем не примечательная встреча.  Но когда я вспоминаю об этой встрече, думаю, как раз о том, что, если бы я тоже что-нибудь писала для рубрики «Встреча с интересным человеком» - я бы написала не про композитора или выдающегося ученого, или спортсмена какого-нибудь, или мастера на все руки, а как раз описала бы такую встречу, которая произошла со мной. Вот запала она мне чем-то в душу, не пойму чем. А еще одну тысячу рублей принесла. Залезла я в книжный шкаф за «Компромиссом», чтобы точнее вам привести здесь цитату, открыла – а там 1 тыс. рублей спрятана между 85 и 86 страницей.   

Зашла я на днях в поликлинику. По весне во мне как-то все забарахлило. Наверное, сказывается, что это уже тридцать (пи пи пи)-ая весна в моей жизни. И нос уже не тот, и рот, и уши, и глаза. В общем, пришла я к ЛОРУ проверить, почему одна моя ноздря отказывается поставлять по ночам моему организму кислород. Пришла на час раньше своей записи. Села у кабинета, поболтала ногою, покопалась в телефоне и увидела неподалеку открытую дверь с табличкой КАФЕ. Вот так вот – кафе в поликлинике.  Я еще раз перечитала. Да. Все верно. Зашла. Там маленькая стойка, плюшки, булочки, кофемашина, холодильник и несколько столиков. Все помещение густо заставлено горшками с цветами. Прям  джунгли. На столах пластиковые салфетки. Насколько я поняла по спортивной лестнице, расположившейся на стене напротив окон, здесь был, видимо, зал лечебной физкультуры. Маленький зальчик. Мне кажется, я его даже помню.

В помещении кабинета «КАФЕ» никого не было, кроме приятной женщины за стойкой в медицинском халате. Я попросила кофе, плюшку и села за столик.  Женщина исчезла в створках шкафчика, потом за ширмочкой, потом принесла мне кофе и стала что-то поправлять на столах: добавлять салфетки в салфетницы, смахивать крошки. После, как будто не зная, чем еще себя занять, прошлась около столиков и подошла к окну:

- Вы знаете, это моя самая любимая погода! Когда идет дождь, - обратилась она ко мне.

- Мне тоже нравится такая погода, – ответила я, пожёвывая булочку и глядя в окно.

- Не люблю жару. Не люблю, когда яркое солнце в глаза. Хотя сама я с Кубани. -  Женщина замолчала. Я жевала и смотрела на ее профиль. Красивая. Потом она продолжила:

- Я приехала в Москву в 1980 году. Мне было 19 лет. В тот год холодно было, просто ужас. Зима стояла лютая. Минус 42.

- Ничего себе! – поддержала я ее рассказ.

- Какого года рождения ваша мама? – обернулась она ко мне. Правда, красивая. Глаза зеленые и умное лицо.

- 1950 года

- Тогда она тоже помнит, какая холодная была зима в восьмидесятом году. А я приехала в пальтишке худом, карман один оторван, и в холодных сапогах. Я только-только отучилась на программиста. Мы обслуживали вычислительные машины. В Москву я приехала с дипломом, но в столице не разрешали работать по профессии. Работать по профессии можно было там, где ты родился и выучился.  И я пошла на стройку. На стройке всегда требовались люди. Бригада у нас была большая. Мы построили несколько административных зданий в этом районе, – показала она за окно. Зарплата была очень маленькая. Я очень хорошо помню свою первую зарплату - 80 рублей. Знаете, как приходилось работать за эти деньги? Помимо покраски, побелки, мы еще убирали помещения. Тут овощной магазин был – каждый день я думала, Господи, когда же это закончится, как вспомню эти ведра с водой, и ведь у нас ничего не было, ни средств нормальных, ни перчаток. Молодежи тогда приезжей тяжело было. Сейчас думаю, как мы вообще жили тогда? Ну да ладно. Бригадир сказал, что я должна «проставиться» в коллективе – купить водки. Мужики водку каждый день пили. Бригадир обходил всех с шапкой, собирал деньги на бутылку водки, покупал ее и разливал всем во время обеда. А я девчонка молодая была, там взрослые мужики, я говорю, да стыдно мне как-то - проставляться. Но в каждом коллективе свои правила. Пришлось. Получила я свою первую зарплату и поехала за сапогами в ГУМ.

Нигде же ничего не было. Пустые магазины. Зашла в ГУМ. А на первом этаже как раз водку давали – как сейчас помню, бутылка с зеленой этикеткой – 3 рубля 60 копеек. Очередь – на километр. Я встала в очередь. Сапоги стоили где-то 100 рублей. Пришлось подзанять еще на них. Спрятала я деньги на сапоги в свой единственный карман (не порванный) в пальто. А на водку – отдельно в руке держу. Подошла моя очередь, купила я эту водку, лезу в карман за деньгами на сапоги – а их нет, украли всю зарплату. Расстроилась я тогда, конечно, сильно. Помню, еду обратно -  реву. Прихожу к бригадиру, он спрашивает, водку купила? А я слова вымолвить не могу, вою и вою, слезы текут. Рассказала ему все: что без зарплаты и без сапог осталась. В общем, не знаю, что он сделал, но скинулись мне все на сапоги, 120 рублей собрали… Никогда эти импортные финские сапоги не забуду. Представляете, вот такой толщины внутри мех был, – и она показали руками воображаемый сапог с мехом.   

- Семь лет сносу этим сапогам не было, – она опять посмотрела в окно. Дождь уже закончился, но небо было серым и мрачно глядело в окна. Зазвонил мобильный телефон. Женщина сначала как будто не услышала, потом вернулась из воспоминаний, пошла за стойку и взяла телефон:

- А, Нина Михайловна, да, есть вкусненькое, я вам чахохбили отложила. Да. И свинина есть еще, заходите, заходите.  Ага. Уже ставлю. Жду.

Мне даже стало обидно, что ее прервали и она не рассказывала мне еще что-нибудь интересное. Я с неохотой допила кофе и пошла на прием к врачу.