''Мне приписывали «отношения» с Паулсом, с Кузьминым, с Челобановым, с Кальяновым, с Николаевым. Да, я их всех очень любила, что не означает близких отношений. Нельзя не любить человека, которому ты отдаешь частицу себя… В период творческой работы у меня всегда было состояние влюбленности, необходимости общения, желания встретиться. Мы создавали песни, спектакли, программы, как же без влюбленности? Другое дело, куда это могло завести. Пока не «завело», разбегались…

У нас с Филиппом удобный альянс. Я к нему отношусь, как к счастью, которое свалилось в последний раз, а он ко мне – как к счастью, которое пришло в первый раз. Он меня держит в форме.

Несмотря на разницу в возрасте, мы вполне соответствуем друг другу в любви. Мое отношение к этому таково: нет ничего стыдного, если у любящих есть возможность заниматься сексом разными способами. Другие и хотели бы, но не могут. Есть масса способов, чтобы возбудиться самой и завести партнера. Почему не воспользоваться, если это не калечит?..

Иногда и мне надо посмотреть фильмец, журнальчик полистать или напридумывать себе такое… Мне 15 апреля 48 лет, столько повидала, что многое притупилось. За эти годы меня возбуждало многое. Насилие, почему нет? Раньше мне представлялось, что меня насилуют. Всякое бывало. Сейчас меня возбуждают нежность, удивительная романтика…

Не дает мне бог другого ребенка, считает, наверное, что слишком жирно. Филипп человек тактичный, говорит, ничего не хочу, хочу тебя, здоровья, радости. Я ведь намного старше, а у него жизнь долгая, будут у него еще наследники. Может, не дано нам это счастье, а может, надо надеяться на провидение. Но не на медицину.

Кстати, нам предлагали другую женщину, донора. Чтобы она выносила. Я все время думаю: может, пойти на это ради ребенка, гены-то будут наши. Но что-то меня смущает. Я даже знаю что: за донором надо следить – что он ест, как спит, что пьет…

А может, и решусь! Тогда в Италию поеду, там, знаю, технология вынашивания с помощью донора хорошо отработана…

Понимаете, во мне все время борются артистка и женщина. С одной стороны, надо бы еще попеть, ведь осталось года три-четыре. А с другой – ребенка хочу. Врачи считают, что климакс мне еще не грозит, значит, надо бороться!..

Я иногда общаюсь с состоятельными людьми, но никогда не интересуюсь, откуда у них деньги. Впрочем, знаю одного человека, который может быть связан с криминальным миром, но называть его не буду – вдруг обидится…

Вспоминаю покойного Отари Квантришвили. Этот человек, наверное, мог бы нам помочь во многом. Знаю, что Квантришвили очень обижался, что в его цветнике нет такой «розочки», как я. Его желание познакомиться было столь настойчивым, что меня это даже пугало. Однажды мы столкнулись на лестнице, и я просто отскочила в сторону… Сейчас мы с Филиппом решили: лучше получать больше удовлетворения от работы, чем жрать черную икру ложками…''

1997 год