Несморя на то, что в последнее время на сплетнике чаще обсуждают разводы и громкие расставания, хочу рассказать вам о семье, которая меня невероятно восхищает и вселяет надежду. 

Олеся и её муж являются родителями семерых детей (и скоро родится восьмой). Из них пятеро детей - приёмные. Олеся писала о своих детях в ФБ, а недавно выпустила книгу, которую я прочитала за ночь. У меня пока нет своих детей и полезные лайфхаки по обучению и воспитанию мне не на ком применить, но главное - Олеся вдохновляет своим примером: все можно пережить, изменить, принять.

В 2012 году семья Лихуновых была самой обыкновенной: папа, мама, дочка Маша и сын Тимур. 

Вадим

Всё началось одним осенним вечером, когда я листала ленту новостей в социальной сети и увидела там фотографию восьмимесячного мальчика по имени Вадим, которому искали родителей.
Я сидела перед монитором и вглядывалась в его лицо. Мне вдруг подумалось, что такой малыш мог бы родиться у меня. Бедняжка, как ему живётся без мамы и папы? Вздохнув, я стала читать о чём-то другом.
Через несколько дней мне снова попалась эта фотография. Я позвала мужа.
— Посмотри, какой милый мальчик совсем один, — сказала я. Саша задумчиво пожал плечами. А я всё смотрела на фотографию и думала: а почему бы нам не забрать Вадима себе?

Полгода мы вместе. Я была полностью уверена, что сын давно оттаял. Весёлый, ласковый. Но в тот момент, когда он стал на меня так пристально смотреть, меня как стрелой пронзила мысль: вот она — его обида за то, что он так долго был один. С первого дня в роддоме, полтора года совсем один. И всё это время он держался и виду не подавал. Такой маленький. Весь вечер плачу от этих мыслей.

Галя и Кристина

Галя и Кристина появились в семье одновременно. Олеся поняла, что они готовы воспитать еще одного ребенка и поехала за Галей (ей было в тот момент почти 8 лет), а в детдоме ей предложили познакомиться еще и с маленькой Кристиной. Домой они поехали все вместе.

Галю и родного сына Олеси Тимура все считают двойняшками. В школу они пошли в один класс.

Каждый день ходим гулять и долго разговариваем на разные темы. Например, недавно я объясняла ей, что девочка-девушка-женщина-бабушка-старушка
— это стадии взросления человека. Галя была очень удивлена.
Возникает ощущение, будто она думала: ей просто повезло, что она девочка, а некоторые вон бабушками живут всю жизнь. А то, что ей предстоит пройти этот жизненный цикл превращений, да ещё и умереть в конце, — для неё новость.

Спустя некоторое время в семье появились Кирилл и Нина

И еще немного фото и цитат Олеси:

Мне очень жаль мам, которых заставляют испытывать чувство вины по поводу того, что они уделяют мало времени своим детям.
Мало внимания – это видеть своего ребёнка раз в месяц. если вы утром отводите ребёнка в садик, а вечером забираете и идёте вместе за руку, обсуждая события прошедшего дня, а на выходных выбираетесь на большую прогулку, в кукольный театр или просто валяетесь в обнимку перед телевизором – можете быть уверены, что вы достаточно уделяете внимания своему ребёнку. Если вы любите своего ребёнка и желаете ему добра, то вы – хорошая мама несмотря ни на что.

Мне встречались родители, которые считали, что их ребёнка мотивировать невозможно, мол, ребёнок лентяй, которому ничего не интересно, кроме компьютерных игр. У меня сразу возникает подозрение, что лентяи в этой ситуации как раз родители, а не ребёнок.

Вспомнила почему-то сегодня маленькую сумочку, вроде пенала, которую Нина привезла с собой из детского дома.

В этой сумочке она хранила свои ценные вещи. Человечка из киндер-яйца без руки, крышку от пластикового пузырька, круглое зеркальце от пудреницы, пластиковый шарик со смятым боком, вкладыш от какой-то конфеты и т.п. Около пятнадцати мелких предметов. Эти сокровища были настолько потёртые и замусоленные, что, когда я смотрела на них, у меня щемило сердце.

Жалею, что не сфотографировала, я тогда была в стадии острой адаптации, от подобных вещей мне хотелось выть.

Я тогда спрятала эту сумочку подальше, накупила Нине разнообразных девичьих штучек и выделила для них целый ящик в комоде. Про сумочку Нина никогда не вспоминала, и я потом её выбросила.

А сегодня, глядя на то, как она любуется в зеркало на новую причёску, приговаривая, что такие бывают только у актрис, я вдруг вспомнила про то, какие личные вещи она нажила за 7 лет в детском доме. И стало очень грустно за тех детей, которые до сих пор там.

Когда дети начинают меня раздражать своим поведением, есть два варианта действий для моего умиротворения. Я начинаю мыть их, расчёсывать, намазывать кремом либо занимаюсь с ними чем-то обучающим. Умные чистые дети меня радуют.

Сели сегодня с детьми читать сказку «Спящая красавица».
Успела прочитать только первое предложение: «Жили-были король с королевой и не было у них детей». А потом полтора часа обсуждали с детьми причины бесплодия, аборты, разводы, чайлдфри и прочее…
Они очень любят такие разговоры, буквально заваливают вопросами. Так и не удалось прочитать сказку дальше. Может, завтра получится.

И когда я иногда вижу в зеркале своё очень усталое лицо, то знаю – оно того стоит, и мне его не жалко тоже. А если бы я работала, например, ночь через ночь на кассе в каком-нибудь супермаркете, мне было бы очень жаль и сил, и лица.

Нина с ужасом вспоминает это всё: внезапно заходили врачи, говорили, что сейчас покажут ей мультик, надевали на лицо маску, а потом она проснулась от боли (операция на почках), её тошнило и рвало… На теле очередной шов. Но никто ничего не объяснял. На протяжении 7 лет жизни.
Рассказывая это, Нина в слезах кричит мне: «Они меня обманули и сделали операцию!» Она воспринимает это как издевательство. Практически насилие над ней без всяких причин.

Как бы то ни было, жить стало интереснее. Я уже совсем не замечаю, какая за окном погода, есть ли снег этой зимой, скоро ли весна. Жизнь у нас такая насыщенная, что всё это больше не имеет особого значения. И мне теперь совершенно некогда заниматься самокопанием.
Лет пять назад я запросто могла впасть в недельную депрессию, размышляя над несовершенством мира.

Я не вспоминаю про их биологических родителях. Я вообще не думаю о том, что будет через десять-пятнадцать лет. Я живу настоящим. Ставлю перед собой задачи и решаю их. Делай что должен, и будь что будет, как говорится. Дети нам не принадлежат. Ни приёмные, ни кровные. Я счастлива от того, что воспитываю их каждый день, что это моя семья. Для меня это жизнь, а для них будет детство, их прошлое.

Многодетное материнство, а тем более наличие маленьких детей, деформирует личность матери.
Иду без детей куда-нибудь по делам и помимо разных полезных мыслей в голове то и дело проскакивает: «Ой, голуби купаются в луже!», «Ухты, улитки!», «Ай какая собачка!», «Радуга!!», «А что это за птичка поёт? Это зяблик!», «Какая рябина красивая!», «Ого! Бензовоз!»

Замечаю Кристину в углу.
– Кристинка, ты чего тут стоишь, пошли со мной!
– Нет, я хочу стоять в углу!
На обратном пути из комнаты замечаю, что Кристинкина щека и рука в красной помаде. Ага, значит, нашла где-то помаду, испачкалась и пошла в угол в наказание. Полная автономия, маме ничего делать не надо!

– А когда один ребёнок, это тоже называется семья?
Киваю.
– Ой, какая у него скучная жизнь!

Положив Галю вечером спать, никогда не знаешь, в какой одежде её разбудишь!
Когда она переодевается и зачем – непонятно. Кладу спать в майке и трусах, бужу ребёнка в джинсовых шортах. В следующий раз в трикотажной кофте. Или в других шортах – розовых с кармашками. Спрашиваю, зачем она переодевается ночью, – улыбается, бормочет невнятно что-то.
Пару дней назад перед сном принесла Гале резиновые сапоги. Говорю ласково:
– Надевай, мало ли что ночью произойдёт, нужно быть ко всему готовым.
Смотрит растерянно.
– И пальто сейчас принесу, вдруг замёрзнешь ночью.
Смеётся, говорит:
– Нет, не надо!
– Ну давай рядом положим, может, ночью переоденешься…
Хихикает.
– Смешная вы, мама!
Проснулась в том же, в чём заснула.