— Слово неприличное написано.
— Стереть!

— А мне ведь только тридцать шесть.
— Как тридцать шесть?
— Да-да. Я моложе вас, Анатолий Ефремович. А на сколько я выгляжу?
— На тридцать… пять.
— Опять врёте, товарищ Новосельцев

"пост отредактирован по просьбе представителей Ульяны Сергеенко"

 — Вы купили новые сапоги, Вера?
 — Да вот ещё не решила, Людмила Прокофьевна. Вам нравится?
 — Очень вызывающие. Я бы такие не взяла. А на вашем месте интересовалась бы сапогами не во время работы, а после неё.
 — Значит, хорошие сапоги, надо брать.

Значит, неудачные ноги, Людмила Прокофьевна, надо прятать.!
 — Куда!?
- Под макси!

 — Вы утверждали, что я чёрствая!
 — Почему? Мягкая!
 — Бесчеловечная!
 — Человечная!
 — Бессердечная!
 — Сердечная!
 — Сухая!
 — Мокрая!

— Почему вы всё время виляете? Что вы за человек? Я не могу вас раскусить!
 — Не надо меня кусать! Зачем раскусывать?

У нашего руководства, то есть у меня, родилась, как ни странно, ням-ням, мысль: назначить вас, одного из ведущих работников отечественной статистики — чё там скрывать, ха-ха-ха! — начальником отдела лёгкой промышленности. Лё-ёгонькой промышленности.

 — Мы вас любим… в глубине души… где-то очень глубоко…
— Очень глубоко! Так глубоко, что я этого даже не замечаю!

Обновлено 15/05/16 12:40:

 — Сейчас парики не носят, так?
— Ну и слава Богу, я считаю. Куда лучше так… это… живенько, правда? А то как дом на голове!
— Ну, если живенько, то лучше.

А как вам моя причёска?
 — Умереть — не встать!
 — Я тоже так думаю.