Ни бесплатного образования, ни бесплатной квартиры - мы жили в коммуналке здесь - я не получила. Ни у кого ничего не просила. Никому ничем не обязана. А чтобы сверкать, надо иметь талант, другого пути я не знаю. Еще надо, конечно выйти и предъявить себя, а дальше - добиваться самого высокого качества. Работать надо! И я не хотела бы ничего в своей жизни переигрывать, и книгу свою не перерабатывала - пару эпизодов добавила и все. Ах, да - там еще досье КГБ на меня есть. И много фото.

Что бы я сделала, став президентом. Пенсии изменила бы! Чтобы срамоты этой не было, чтобы наши пенсионеры не тыкались как слепые котята, чтобы наши деды и матери не были бы вынуждены попрошайничать.

В молодости еще можно найти в себе силы принимать с юмором тычки и затрещины, но с годами, когда внутреннее зрение становится безжалостным, жизнь бесстыдно обнажается перед тобой и в уродстве своем, и в красоте. Ты вдруг неумолимо понимаешь, что у тебя украдены лучшие годы, что не сделал и половины того, что хотел и на что был способен; становится мучительно стыдно перед собой, что позволил преступно унизить в себе самое дорогое — свое искусство.

Самое главное - это не давать воли отчаянию.

Если ты хочешь совершить какой-нибудь поступок, то, сначала подумай - ты хочешь подниматься вверх или падать вниз.

Никому не жалуюсь, хожу, задрав голову, назло всем моим завистникам, и торчу у них как кость в глотке.

Для меня во время исполнения роли все, что я делаю на сцене, так важно, как вопрос о жизни и смерти. Если бы мне отрезали голову, только тогда я не смогла бы допеть спектакль.

Все эти страсти-мордасти — просто отсутствие актерской техники и внутреннего контроля.

Темперамент — это умение себя сдерживать.

Я нормальная женщина! Семья есть семья, тут доминировать нечего. Я старомодна в этом смысле. Женщина не должна быть мужчиной в доме. Нам диктаторов не нужно. Каждый должен брать на себя ответственность и нести ее. У нас муж — хозяин дома, глава семьи. 

Я не люблю перелеты. Стараюсь меньше летать на дальние расстояния. Очень утомительно. Устала. На сцене я с 17 лет. Это кошмар! В особенности в начале карьеры — в 44-м году я поступила в оперетту. Какие были самолеты в те времена? Только поезда! Ночные, товарные, всякие — еще война шла. Поэтому я помоталась по деревням, по маленьким городишкам. Играла по 25 спектаклей в месяц. Так что я сыта путешествиями.

Деньги не все в жизни решают? Для кого как. Есть люди, для которых — все. Конечно, деньги дают достойную жизнь. Но есть вещи, которые нельзя купить. Например, жизнь или честь.

Хотела бы я посмотреть на реакцию мужа, если мне будут дарить камни чужие мужчины! Это непристойно. А Булганин, тогда председатель правительства, ухаживал по-советски: приезжал и говорил: «Я к твои услугам». Ну я садилась вместе с мужем в его машину, и мы ехали на дачу Булганина. Признавался мне в любви. При муже. Такие времена были. Слава (Ростропович) спокойно на это реагировал, слушал и водку вместе с влюбленным министром пил. Напивались вдвоем. Вот так и ухаживали.

Муж каждый год преподносит столько роз, сколько мне исполняется лет.

Жизнь научила меня всегда быть готовой за себя постоять, и с годами эта необходимость превратилась в потребность создать свою собственную крепость, быть независимой, недосягаемой. Иметь возможность закрыть за собой дверь.

Русские люди не только от счастья, но и от ярости плясать умеют.

Я убеждена, что женщине, чтобы блестяще выглядеть всю жизнь, нужен хороший, надежный муж, которым она могла бы гордиться и ходить с высоко поднятой головой.

Мы рождаемся, что бы умереть. Как мы проведём время между двумя этими событиями, зависит только от нас.